August 14th, 2020

73 или 71

Помнится, читал в своё время насмешку над советскими инженерами: мол, отрапортовали Джугашвили, что по его приказу разработали для пистолет-пулемёта Дегтярёва барабанный магазин на 73 патрона, а на самом деле всего лишь скопировали магазин на 71 патрон для финского Suomi. Что вообще несложно, ибо патроны Маузера 7.63×25 и Люгера 9×19 созданы на основе одного и того же патрона Борхардта 7.65×25, имеют одну и ту же донную часть почти до самого места посадки пули, а потому копирование потребовало нарастить только высоту барабана, не меняя прочие параметры.

Насколько я наслышан, барабан, созданный для ППД, действительно поначалу вмещал 73 патрона. Дело в том, что делали его для уже готового ППД образцов 1934 и 1938, где был рожковый магазин, вставляемый в шахту ложи. Пришлось пристроить к барабану Suomi выступ, входящий в ту же шахту, и добавить к подавателю патронов гибкий толкатель (в виде пары патронов, связанных планками на шарнирах), продвигающий патроны по выступу. Длина выступа за вычетом длины толкателя и дала место для двух дополнительных патронов.

Но любые изгибы тракта подачи патронов повышают трение патрона о стенку тракта. И чем длиннее тракт после изгиба, тем острее проблема. Новая конструкция оказалась менее надёжна, чем полагалось по тогдашним (не говоря уж о нынешних) требованиям к надёжности стрельбы в условиях загрязнения. Пришлось создать новый образец ППД 1940, где ложа стала разрезной, барабан приблизился вплотную к линии подачи, выступ и гибкий толкатель исчезли, а ёмкость вернулась к принятой в Suomi: 71 патрон.

Не всякий расклад — бинарный

Довольно часто натыкаюсь на рассуждения о классовой борьбе как неизбежной причине противостояния эксплуататоров и эксплуатируемых всегда и при любых обстоятельствах. На мой взгляд, такие рассуждения порождены поверхностным пониманием марксизма и полным непониманием диалектики (её мы знаем в основном благодаря Марксу, но создан данный метод рассуждений ещё до нашей эры).

Класс — место в общественном разделении труда. Маркс как первооткрыватель успел изучить лишь самый общий вид разделения — на эксплуататоров и эксплуатируемых. Но уже Ульянов отметил внутри каждого из них изрядные внутренние разделения. Так, его собственное учение об империализме существенно опирается на факт существования внутри класса эксплуатируемых рабочей аристократии — прослойки, получающей (за личное мастерство или в силу выгодного положения эксплуататоров — например, ограбления колоний) существенно больше других пролетариев (в наши дни рабочую аристократию обычно именуют средним классом, хотя в социологическом смысле правильно говорить не «класс», а «слой»). А мои экономические публикации во многом связаны с противоречием интересов производственников и торговцев внутри класса эксплуататоров.

Вдобавок интересы и людей, и классов многообразны. Человек, думающий всегда только про нечто одно, справедливо рассматривается как страдающий душевным расстройством. Эксплуататоры и эксплуатируемые равно нуждаются в пропитании, здравоохранении, образовании, искусстве… Если не в одних и тех же конкретных видах данных благ, то уж по меньшей мере в благах в целом. Поэтому даже люди, чьи интересы на одних направлениях прямо противоположны, могут найти полные совпадения интересов на других направлениях.

Ульянов надеялся, что рабочий класс во всех странах, ведущих Первую Мировую войну, превратит её в войну гражданскую — обратится против собственных эксплуататоров. Но рабочие сочли, что внешняя угроза превышает внутреннюю. И были в целом правы: пришлые эксплуататоры, как правило, имеют меньшую мотивацию к сохранению эксплуатируемых, чем местные, ибо в любой момент могут вернуться с выжженной земли к себе. Зато в России разногласия внутри класса эксплуататоров так разрослись, что значительная их часть втянулась в государственный переворот и вынудила Николая II Александровича Романова отречься от престола 1917-03-15, чего тот же Ульянов никоим образом не предвидел.

Полагаю, и сейчас эксплуатируемые в большей части России (в том числе и в Российской Федерации, и в Белоруссии) заинтересованы в едином с эксплуататорами противостоянии внешнему давлению, поскольку опыт ещё нескольких частей России — прежде всего Украины — показал: если поддаться такому давлению, положение эксплуатируемых ухудшится куда сильнее, чем эксплуататоров.

P.S. Сейчас готовлю статью для «Бизнес-журнала» в развитие всего вышеизложенного.

РФ в это влипла ещё в лихие девяностые и по сей день до конца не отмылась