May 22nd, 2018

Вынесено из комментариев

На мой взгляд, мост через Керченский пролив технически необходим независимо от пропускной способности Перекопа: южный берег Крыма должен быть напрямую — без преодоления гор и прочих препятствий — связан со всеми прочими курортными побережьями России до Батуми включительно.

gkhd 2018-05-22 00:21:40> Ну, с либералов взять нечего… К власти претензии другие. Вместо дорогущего строительства Крымского моста нужно было обеспечивать путь в Крым по суше. Дешевле и правильней.

Вынесено из комментариев

lightduty 2018-05-21 23:30:22>> Хе-Хе. А почему, на Ваш взгляд, совок первую холодную проиграл, а россиюшка возьмёт, да и выиграет вторую? Быть может потому, что у неё территория на 25% поменее, населения вдвое меньше, а экономика, когда-то вторая в мире, нынче «поди упомни места всех этих недоразвитых»?

awas1952 2018-05-22 11:26:42> Вы как всегда неправы. В промежутке между Первой и Второй Мировыми войнами положение нашей страны было ещё хуже описанного Вами. Но войну мы выиграли. В частности, потому, что за этот промежуток учли опыт проигранной Первой. Сейчас мы — в отличие от страны Вашего нынешнего пребывания — учитываем опыт проигранной нами Третьей Мировой — Холодной — войны. Поэтому и уверены, что в нынешней Четвёртой Мировой — Гибридной — выиграем.

Рабочие руки редко бывают лишними

Уже не раз публиковал материалы сетевого канала о наземной боевой технике «Шестерёнка», куда рекомендую регулярно заглядывать и без моих указаний. Сейчас обращаю внимание ценителей на статью «Почему в американских танках четыре члена экипажа?»

Либероиды об этом говорят так, как будто в этом есть что-то плохое

««У многих сразу после Сталина чудесным образом появляется Путин»»: «Что знает поколение Путина об эпохе Ельцина — итоги свежих исследований ВШЭ».

Причём виноваты, естественно, взрослые, ещё недавно считавшиеся не вписавшимися в цифровизацию: «Мы изучали, как они получают информацию. 70% — это интернет, включая социальные сети. Не телевизор. Но, судя по ответам, условный телевизор хорошо проникает и в социальные сети тоже. В конце концов, в тех же социальных сетях присутствуют их родители и ещё более старшее поколение, которое и заносит в интернет то, что увидели по телевизору».

Да и стыдится молодёжь не того, чего обязана: «Событие, которое могло бы быть здесь стержневым — репрессии, — набрало всего 18%. Это не дотягивает даже до пятой части опрошенных ребят. Мы были сильно удивлены. Следующий по популярности ответ — распад СССР (11%). Затем Октябрьская революция (9%), расстрел императорской семьи в 1918 году (6%)».

И, конечно, мы не соответствуем западному канону: «Для сравнения, как реагируют на эти вопросы американцы. Исследование проводилось в Принстонском университете. У них ситуация диаметрально противоположная. На вопрос о гордости 33% затруднились с ответом. А мы затрудняемся ответить на вопрос о стыде. А дальше по цифрам они чаще всего испытывают гордость за борьбу за права человека, свою Декларацию независимости 1776 года, достижения в сфере космоса. Стыдятся, в основном, теми моментами, когда нарушались права человека: периодом рабства, геноцидом индейцев и тому подобным. В том числе теми событиями, которые происходят сейчас. А кроме того, военными вмешательствами в дела других государств: Вьетнама, Афганистана, Ирака. Получается, что больше стыда приходится на современные события. Это осознание того, что есть ошибки. И это означает, что американцы больше, чем наши ребята, живут здесь и сейчас».

А всё потому, что у нас нелибероидно учат: «Мы долго думали над тем, почему такой результат. Стало понятно, что во многом это продиктовано теми учебниками, по которым наши ребята и американцы изучают свою историю. У нас в учебнике истории России за 20 век, написанном сейчас по единому общеобразовательному стандарту, 70 страниц отводится Великой Отечественной войне, коллективизации отводится только одна страница, а репрессиям 1937 года — один абзац. После этого становится ясно, что требовать от детей глубоких знаний и сопереживания к тяжёлым страницам нашей истории даже не приходится».

Вдобавок мы неблагодарны: «В Екатеринбурге, кстати, коллег удивило, что часть студенчества не поддерживает существование Ельцин Центра. Он воспринимается как нечто построенное на бюджетные средства. С их точки зрения, эти деньги можно было бы потратить на другие вещи. Например, на обустройство города, а не на этот, цитирую, «либеральный распил»».

И детям даём не то, что следовало бы по либероидной вере: «В чём мы видим большую проблему. Когда мы начинаем спрашивать ребят, откуда они узнали про современность, быстро выясняется, что родители этой молодёжи, которым сейчас около 50 лет, не общаются с ней. Нет культуры передачи информации и ведения дискуссии внутри своей семьи. Зато есть любопытный феномен. У нас чётко фиксируется заместительная терапия, при которой мы склонны выдавливать из своей памяти всё негативное. Мы скорее вспомним всё хорошее, чем время, когда нам нечего было есть и мы стояли в очередях. На самом деле это не хорошо и не плохо. Это нормальная реакция человеческого организма. Надо понимать, что поколение родителей — это люди, по которым 1990-е годы сильно шибанули. Шибанули как раз в тот момент, когда они выходили на взлётную полосу и готовились полететь. Это люди, которые попали под шоковую терапию. И сейчас эти люди настолько сильно стараются, чтобы у их детей не было такого начала, как у них, что возникает чёткое ощущение — они просто залюбили своих детей. Согласитесь, многие родители сейчас из штанов выпрыгивают, чтобы у ребенка к 18 годам была машина, к окончанию вуза — квартира и вообще он ещё съездил на Мальту и выучил английский. Кто не может отправить на Мальту, тот все равно пришлёт денег, потому что стипендия маленькая и её не хватает. Уровень достатка на эту модель поведения никак не влияет. Часто это всё идёт через лишение чего-то самих себя. Это очень пагубно отразилось на этом поколении. Многие вещи они воспринимают как должное. Такое отношение родителей формирует у них инфантилизм. Они не готовы брать на себя ответственность. У них очень мощный запрос к государству, потому что им все должны. При этом сами они живут с ощущением, что главное в жизни — это самореализоваться. Причём самореализация идет с завышенным запросом на старте. Родители не сформировали у них самого главного — достижительного поведения. У ребят нет адекватной самооценки, они не готовы чем-то жертвовать своим. В американских семьях всё иначе. Закончил школу, поступил в колледж или университет, всё — чемодан, вокзал, поехал. Стипендии не хватает, бери кредит или иди работай в «Макдоналдс». У человека сразу выстраивается система координат, как надо в жизни устраиваться. Отсюда и проблема в осознании истории своей страны. Родители ничего не говорят детям про тяжёлые 1990-е, опекая их. В школе учителям достаточно сложно про это рассказывать. Во-первых, времени остаётся мало, во-вторых, сложно рассказывать, когда есть установка избегать политических оценок».

Российские дети слишком глупы, чтобы понимать книги: «Кроме того, у нас вообще нет до сих пор общественного консенсуса по поводу этого периода. Те учителя, которые работают сейчас с ребятами, они сами в то время хлебнули, им самим жрать тогда было нечего. А сейчас им надо как-то абстрагироваться от этого собственного опыта. То, как в учебниках описан этот период, тоже большая проблема. Вот цитата из школьного учебника о событиях 1991 года: «Оказавшись под огнем перекрёстной критики политических оппонентов с левого, ортодоксального-марксистского, и правого, либерально-демократического, флангов, горбачёвская администрация, вяло, теряя инициативу, перешла с весны 1990 года ко второму этапу политических реформ». Это читает школьник 15 лет, сдохнуть же просто можно! И далее: «В ночь с 18 на 19 августа 1991 года произошло выступление консервативного крыла в высшем руководстве СССР. Его не устраивал проект всесоюзного договора, наделявший центр призрачной властью, утрата контроля над республиканскими правительствами». Как можно из этой абракадабры вытянуть хоть что-то?»

И эти люди всё ещё удивляются, почему им с каждым днём удаётся всё меньше.

Память о родных краях легче законсервировать, чем уточнить

Завихрения вокруг потоков

Из подборки «Война продолжается. Внутризападные разборки нарастают» моё особое внимание привлекают «Большой промах: США по ошибке нанесли удар по нефтедоллару» и «Спасти «Северный поток — 2»: Европа выбирает свою судьбу». Это, разумеется, не значит, что остальная подборка (в том числе комментарии её автора) не заслуживает тщательного изучения.

Вынесено из комментариев

aceler 2018-05-22 19:52:06>

1. Навсегда отказаться от обогащения урана и также предоставить международному сообществу полную информацию о всех прошлых программах обогащения урана.

2. Закрыть все американские реакторы. Отказаться от переработки плутония.

3. Допуск экспертов МАГАТЭ на все ядерные объекты и базы в стране.

4. США должны отказаться от разработки ракет, запуска ракет и передачи ракет другим странам.

5. США должны немедленно освободить всех американских заключённых, а также всех задержанных в США иностранных шпионов.

6. США должны отказаться от поддержки исламских организаций в Сирии и Ираке.

7. США должны отказаться от влияния на правительство Ирака и согласиться на расформирование своих военизированных формирований в Ираке.

8. США должны прекратить военную поддержку саудитов в Йемене и работать над мирным урегулированием конфликта в этой стране.

9. Вашингтон должен вывести все свои силы с сирийской территории.

10. Вот тут не знаю, как определить принцип взаимности [«Иран должен перестать поддерживать Талибан в Афганистане, и перестать укрывать на своей территории лидеров Аль-Каиды» — А.В.].

11. Госдеп США (Госдеп США) должен отказаться от поддержки террористических организаций и боевиков в других странах.

12. США должны прекратить угрожать другим странам, особенно союзникам Ирана, таким как Сирия, Йемен и РФ. Также США должны прекратить свои кибернетические атаки против других стран.

А что, нормальный список, с выполнения которого надо начинать любые переговоры с США.

Рамки, очерчивающие дорогу в будущее

«Мединский может создать «культуру будущего»»: «Культурная политика государства имеет огромное значение и с точки зрения политики глобальной. Когда в 1948 году в Берлин приехал наш академический оркестр, он давал концерты классической музыки, с которых немцы уходили со слезами. Американцы были в панике: они чувствовали, что не могут остановить наше культурное наступление. Дело в том что оркестр играл немецкую классику и тем самым мы, с одной стороны, показывали, что уважаем немецкую культуру, а с другой стороны, поднимали самооценку немцев в условиях, когда западные союзники пытались сказать им, что они никто. Так что на самом деле культура — один из основных факторов в противостоянии если не цивилизаций, то стран, миров, систем ценностей» + «Когда мы говорим «культурный человек», мы имеем в виду человека не только образованного, но и воспитанного. То есть человека, который знает, что делать нельзя и как вести себя плохо. Культура — это в первую очередь система запретов. Есть вещи, допустимые для дикарей, но неприемлемые для культурных и цивилизованных людей. Мединский старается исходить в целом из этого подхода. Но многие его оппоненты считают, что культура — это всё то воздействие, которое они могут оказать на внешнюю действительность. Например, сжечь лес — это культура. Ну, что была природа, стала культура. Или сжечь дом. Это же сильное эмоциональное воздействие! Следовательно — это культура и искусство — и это их представления. Но это не культура. Это можно называть антикультурой, варваризацией. Культура в том, чтобы не разрушать, а создавать».