August 11th, 2011

Ради своих

Начав перечитывать старые статьи 17ur, уже не могу успокоиться. "О партизанах и подпольщиках" (@ 2005-03-03 09:23:00) -- краткое, но внятное объяснение формата и технологии взаимодействия патриотических сил в тылу врага с Большой Землёй -- самоубийственного, но жизненно необходимого.

Две имперских модели

Старая (@ 2005-03-09 10:27:00) статья 17ur "Фантазия на тему альтернативной Второй Мировой" исследует возможные последствия стабильного ненападения Третьей Германской империи на Союз Советских Социалистических Республик. По его расчётам, расклад оказывался гарантированно выигрышным для обеих сторон. Но на мой взгляд, из его же собственной чуть более ранней (@ 2005-02-28 10:57:00) статьи "Моральные аспекты пребывания на оккупированной территории" вытекает неустойчивость положения, складывающегося в этом варианте по окончании активной фазы боевых действий. Доктринально интернациональный СССР, где возможности карьерного продвижения не зависят от этнического происхождения, оказывается несравненно притягательнее доктринально националистичной Германской империи, отключившей социальные лифты для большинства своих подданных. Поэтому сложилось бы тяготение этого большинства из империи в союз, и сложившееся напряжение кончилось бы всё той же войной. Не исключено, что как раз эти соображения повлияли на политику Германии.

Вообще же этот пример -- частный случай качественной разницы между континентальной и колониальной империями.

Континентальная складывается из народов, ещё задолго до политического объединения живших бок о бок. Они веками учатся сосуществовать если не вполне мирно, то по меньшей мере взаимовыгодно. Вспомним хотя бы монголов, довольно быстро отказавшихся от кочевой традиции "вырезать всех, кто достаёт головой до оси повозки" и перешедших к сбору дани с покорённых и включению их в свои войска. Те же, кто не поддаётся обучению, быстро (по историческим меркам) исчезают. Поэтому политическое объединение идёт на основе равноправия если не народов в целом, то по меньшей мере тех их представителей, кто готов включиться в общеимперскую систему хозяйствования и управления.

Колониальная же империя подчиняет себе народы, отделённые от метрополии тысячами километров. Колониальная администрация численно ничтожна по сравнению с населением покорённых земель. Крупные подкрепления из метрополии перебрасываются в колонию месяцами. Вспомним хотя бы, сколько времени ушло у Великобритании на сосредоточение сил во время войны с бурами -- а ведь это был уже рубеж XIX-XX веков, и войска плыли на пароходах. Во избежание мятежа приходится постоянно давить на подданных, исключать всякую возможность появления среди них потенциальных вождей. И придумывать моральные оправдания этого давления -- от благородной идеи "бремени белых" до откровенно человеконенавистнического расизма: его создали француз Жозеф Артюр Луич граф дё Гобино и британец Хаустон Стъюарт Уильям-Чарлзович Чембёрлен.

Поэтому против отречения императора Николая II Александровича выступили генералы от кавалерии Фёдор Артурович Келлер -- остзейский немец, лютеранин -- и Гусейн Келбалиевич хан Нахичеванский -- азербайджанец (точнее, по тому времени просто тюрк -- тогда этот народ не был так резко разделён на этносы, как в советскую эпоху), мусульманин (правда, единственный представитель этой религии среди генерал-адъютантов, то есть высших военачальников, непосредственно взаимодействующих с императором). А в союзных нам тогда Британской и Французской империях никто даже и вообразить себе не мог индуса или алжирца не то что в генеральском, а и в полковничьем звании.

Ещё в ноябре 2009-го в известинской статье "Империи в войнах" я отметил: в Первой Мировой войне Россия оказалась по чужую для неё сторону линии фронта: Австрия и остальная Германия придерживались тогда традиций континентальной империи. А вот ко времени Второй Мировой британская и французская ксенофобия чуть ослабли (из-за необходимости восполнить убыль правящих слоёв в Первой Мировой), а Германия заразилась колониальноимперским расизмом. Поэтому коалиция сложилась в целом разумнее.

Зеркальный удар

Теленовости Рен сообщают: Каддафи призвал правительство Великобритании в полном составе уйти в отставку, ибо на фоне народного восстания и его жестокого подавления правительство утратило всякую легитимность.

Наступление -- лучшая оборона

"Мы пережили 1917 год, но выяснилось, что при столь невероятном количестве боеприпасов, которые расходовала Антанта, нельзя было быть уверенным в том, что Западному фронту удастся удержаться, продолжая пассивную оборону. Нам приходилось отступать и нести тяжёлые потери даже при нормальных тактических условиях... Оборона стоила нам больших потерь, чем наши хорошо организованные наступательные операции. Хорошо вооружённый противник легко сокрушал нашу оборону. И это явление становилось совершенно очевидным по мере того, как мы теряли убитыми и ранеными лучших солдат, и падение дисциплины в наших рядах становилось всё чувствительнее...

Насколько оборона угнетала войска, настолько наступление поднимало их дух... На западе войска жаждали наступления, и ждали его после развала России с огромным воодушевлением... Войска считали: войну можно завершить только наступлением. В том же смысле высказывались и очень многие генералы, в том числе и значительнейшие военачальники".

Генерал пехоты Эрих Фридрих Вильхельм Август-Вильхельмович Людендорф, "Мои воспоминания о войне 1914-1918 гг." (М., "АСТ", 2005), стр. 550. Цитирую по книге Юрия Николаевича Жукова "Первое поражение Сталина" (М., "Аква-Терм", 2011), стр. 193-194.

Единство страны

Книга Юрия Николаевича Жукова "Первое поражение Сталина" (М., "Аква-Терм", 2011) подтвердила то, что я говорил уже давно: структура Союза Советских Социалистических Республик строилась исходя из представления о предстоящей мировой революции -- так, чтобы легко было включать в него всё новые республики -- и отделение бело- и малороссов от остальных русских поощрялось в качестве рекламы грядущего после этой революции расцвета национальной самобытности в единой советской стране.

Но вот что оказалось для меня несколько неожиданным -- то упорство, с каким Иосиф Виссарионович Джугашвили отстаивал иную модель -- федерацию со строгим единством основных структур (от железных дорог до прокуратуры) и без возможности _произвольного_ отделения, отступая только перед непререкаемым для него авторитетом Владимира Ильича Ульянова. Похоже, Джугашвили ещё до революции считал возможным построение социализма в одной стране, а его расширение на весь мир хотя и желательным, но не обязательным.

Военные марионетки

Книга Юрия Николаевича Жукова "Первое поражение Сталина" (М., "Аква-Терм", 2011) убедительно доказывает: "независимые" власти в прибалтийских регионах созданы немцами на территориях, оккупированных в ходе Первой Мировой войны, исключительно в качестве инструмента борьбы с Россией и ограбления местных жителей. В этом же качестве эти "независимые" власти действуют и сейчас. Но, к сожалению, этому международному преступлению попустительствуют и тогдашние большевики, страдающие идеей неизбежности мировой революции, и нынешние российские власти, страдающие идеей интеграции в сообщество стран, имеющих наглость считать себя цивилизованными.