Anatolij Wassermann (awas1952) wrote,
Anatolij Wassermann
awas1952

Вынесено из комментариев

К статье «Народ — тот! И несколько слов о демократии» добавлю собственное воспоминание о статье, описанной в следующем комментарии (увы, во всём Интернете почти нет оцифрованных трудов Анатолия Абрамовича Аграновского, о чём я, когда-то прочитавший практически всё им написанное, могу только сожалеть, ибо ни газеты с его статьями, ни книжные сборники у меня не сохранились):

Владимир Лукошков ° 2014-12-27 20:20> В советское время работал в газете «Известия» журналист Анатолий Аграновский. Публикации его настолько интересны для массы читателей, что они распечатывались в книги и расхватывались мгновенно. Одна из его публикаций была посвящена законотворчеству в СССР. Под разными названиями она была напечатана в разных журналах, в том числе и в международном «Проблемы мира и социализма». У меня есть книга — сборник статей А.Аграновского «А лес растёт» изд. «Советский писатель», Москва, 1973 год. Там есть эта статья, озаглавленная «Строка закона». В других изданиях я читал эту статью, которая была названа «Принято единогласно». В кинохрониках часто показывали зал и депутатов, дружно голосующих ЗА принятие очередного Закона. Мне раньше, как и многим другим гражданам, казалось, что демонстрируется формализм, где избранники народа используются как статисты. Аграновский раскрыл картину кропотливой и не раз взвешенной на работоспособность разрабатываемого законопроекта разработки ПРОФЕССИОНАЛАМИ документа по материалам, предоставляемым по каналам связи с депутатами, входящими в постоянно действующие профильные Комиссии Верховного Совета. Голосование — это только финал!

В «Известиях» упомянутая статья опубликована в виде цикла: объём бумажной газеты — и соответственно каждого материала в ней — жёстко ограничен. В одном из фрагментов описано заседание комиссии по здравоохранению. В неё в том созыве Верховного совета СССР наряду с активно работающими (депутаты тогдашних советов любого уровня освобождались от основной работы только на время сессий — 2–3 раза в год по 2–3 дня — и заседаний комиссий — тоже всего несколько раз в год примерно по неделе) первоклассными медиками разного профиля входил водитель троллейбуса. Аграновский написал: «Какое отношение он имеет к медицине? Важнейшее! Он — её потребитель. Она работает на него».

Полагаю, указанные статьи — достаточное дополнение (сколь ни необходимы профессионалы в сфере принятия решений — всё равно значительную роль в этой работе должны играть рядовые граждане) к нижеприведенному комментарию.

Desmana Moschata ° 2016-04-03 07:41:03>

С определённых пор я в рамках выстраивания собственной картины мира довольно-таки долго выстраивал наиболее устойчивую систему организации управления.

Довольно долго был приверженцем монархии, но в рамках холодного анализа она оказалась максимально зависима от человеческого фактора — а меня интересовала система, в которой этот фактор бы не то чтобы минимизировался или нивелировался (об управлении искусственным интеллектом я тоже думал — но, даже с учетом неблизкого будущего, в котором только и возможен такой вариант — там СЛИШКОМ большая зависимость от программистов и тех, кто даёт исходные данные [по моему опыту участия в разработке автоматизированных систем управления технологическими процессами, едва ли не любые исходные данные можно при должном техническом усилии собирать автоматически — А.В.]), а скорее естественным путём вела к выводу на основные позиции обладателей, скажем так, положительного человеческого фактора.

Сделав полный круг, я вернулся к демократии, которая отбором и славится.

Другое дело, что в демократии отбор ведётся по умению манипулировать избирателями — но… тут просто нужно задать факторы, правильно?

Проанализировав в силу собственных сил демократическую систему, я пришёл к парадоксальному выводу: главной бедой демократии является свободное избирательное право, которое ведёт к тому, что избиратели в массе своей:

А) Не имеют знаний-умений-квалификации и прочего, чтобы нормально соотносить обещания с реальностью и противостоять манипуляциям.

Б) Не имеют заинтересованности в результате, поскольку массовость выбора нивелирует, собственно, факт выбора.

В) Не могут в силу этих двух причин ни получить знания о некачественной работе, ни призвать неправильного избранника к ответу.

Когда я ввёл в мысленную модель идею того, что политическая деятельность в целом и избирательное право в частности должно быть ПРИВИЛЕГИЕЙ, получаемой по факту окончания нарочито усложнённого (в первую очередь, с точки зрения плотности подачи информации) обучения по, так сказать, профилю (то есть — анализ, теория управления и так далее, и тому подобное… подробная программа, в силу моих более чем скромных знаний, мне даже близко непредставима) — пазл вроде бы сложился.

То есть практически идеальные социальные лифты с единственной слабостью (то есть именно в качестве обучения), которая более-менее купируется тем, что толком возможна она к реализации, скорее всего, только в условиях социализма, одним из главных признаков которого я считаю как раз фокусировку на качестве образования, разъяснением среди нарождающейся элиты смысла искусственного усложнения обучения и созданием традиций, препятствующих ухудшению фактора фильтровки.

Было бы очень интересно получить от вас (либо от местных компетентных мыслителей) мнение о моём, несомненно, странном и отвлечённом от реальности мысленном эксперименте.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 71 comments