Anatolij Wassermann (awas1952) wrote,
Anatolij Wassermann
awas1952

Очередная попытка разорвать страну в клочья

Как и следовало ожидать, в нижеприведенном обсуждении некоторые доводы в пользу приватизации стальных нитей, связывающих Российскую Федерацию (да и всю Россию) воедино, приводят представители иностранных организаций — Высшей школы экономики, BGP Litigation (с существенными оговорками) и центра Карнеги. А вот представитель нескольких отечественных структур — безоговорочно против.

«Бронепоезд на частном пути: власти обсуждают приватизацию РЖД». На всякий случай копирую полностью.

В планах правительства РФ – продажа крупных государственных активов. 1 февраля президент России Владимир Путин собрал на встречу глав компаний, фигурирующих в списке возможных объектов для передачи в частные руки — это «Роснефть», «Башнефть», РЖД, ВТБ, «Совкомфлот», «Аэрофлот», АЛРОСА. Обсуждались на совещании основные принципы «новой волны» приватизации.

РЖД — не просто наиболее крупная, сложная и непрозрачная структура из всего списка. Цифры, характеризующие железные дороги, впечатляют: общая протяжённость железнодорожных путей составляет 121 тыс. км, при этом пассажирские перевозки РЖД в 2015 году составили 1,24 млрд человек, а грузоперевозки — 1,22 млрд тонн. Основное количество товаров в стране транспортируются по железным дорогам, и именно грузоперевозки РЖД являются одним из главных индикаторов деловой активности в РФ. Представить себе «железнодорожную империю» в частной собственности непросто.

Speakercom обсудил с экспертами причины, подтолкнувшие государство к мысли о продаже РЖД, целесообразность этого шага в кризис и возможные результаты для конечного потребителя.



Андрей Мовчан Директор программы «Экономическая политика» Московского Центра Карнеги

11 февраля 10:25

Приватизация путей противоречит основам психики советского патриота

Правительство рассматривает вопрос о приватизации сразу нескольких крупных госкорпораций. Одна из них — ОАО «Российские железные дороги». В РЖД можно приватизировать лишь отдельные составляющие, причём сами железнодорожные пути приватизированы не будут никогда — таково мнение экономического эксперта фонда Карнеги Андрея Мовчана.

Приватизация РЖД — это оксюморон. РЖД невозможно приватизировать, потому что это огромная система самых разных вещей: подвижной состав, пути, вокзалы, проводная связь и обеспечение энергией, это комплекс логистики, диспетчерский комплекс и так далее. Поэтому, говоря о приватизации, мы должны чётко понимать, о чём именно идёт речь. Приватизировать пути в России никто не будет, потому что это противоречит ментальным основам психики советского патриота. Пути – стратегическая вещь, потому что по ним перемещаются грузы во время войны. Этого никогда никто из своих рук не отдаст.

Подвижной состав можно приватизировать сколько угодно, и большая часть его уже приватизирована, сделать его полностью частным — небольшая проблема. И это даже хорошо, потому что в этом случае он не будет лежать грузом на государстве с бесконечными просьбами о дотациях, количество его будет определяться рынком, а не государственными решениями.

Систему обслуживания РЖД приватизировать давно пора, потому что сейчас де-факто она оказывается в руках родственников менеджмента, и через первичного уровня госкомпании все идет на вторичного уровня частные. Необходимо приватизировать сферу обслуживания, так же точно, как вокзальные и логистические комплексы. И пусть себе существуют на здоровье.

Есть ряд коммерческих производственных компаний, у которых сейчас, действительно, очень низкая стоимость. Их жалко приватизировать сегодня, потому что государство потеряет деньги. В отличие от них у РЖД стоимости нет никакой. Это такой комплекс имущества, который вряд ли завтра можно продать дороже, чем сегодня. Он ест деньги, он убыточен, непонятно, что с ним будет в будущем.

Наверное, это неплохая идея — приватизировать сейчас. Важно понять: что, как и на каких условиях.

Если государство будет продавать какие-то миноритарные доли, сохраняя за собой контроль, то считайте, что никакой приватизации и не было. В таком виде она не сработает, это и покупать никто не будет, а если пройдут сделки, то только какие-то связанные и не очень чистые, с которыми потом ещё надо будет разбираться.

Одним словом, как обычно, всё упирается в исполнение, и поэтому говорить об идее не очень просто. Пока не принято даже решение, вопрос только обсуждается. Моё предположение — собственно пути и системы обслуживания путей приватизированы не будут. Хотя в Америке они приватизированы, и это отлично работает. Во Франции — нет. И в России не будет работать. Тут же встанут военные и скажут: «А как мы будем бронепоезда подавать по частным дорогам?»



Михаил Славков Инвестиционный директор BGP Litigation

11 февраля 10:31

Момент для продажи исключительно плохой

Приватизация РЖД обсуждается властями не впервые. Однако текущий момент — едва ли не самый неудачный из всех возможных, считает инвестиционный директор юридической фирмы BGP Litigation Михаил Славков.

РЖД — крупный, стратегически важный объект. Насколько быстро будет проведена приватизация, зависит от намерений продавца и, в первую очередь, от объёма пакета акций, выставленных на продажу. Скорее всего, государство оставит контроль за собой, поэтому я предполагаю, что объем пакета будет не более 49%. Хотя даже если продать больше 50% акций, то всё равно имеются механизмы, позволяющие реальный контроль оставить в руках государства. Например, через «золотую акцию» – британцы придумали её, когда приватизировали свои большие государственные компании, чтобы иметь право наложить вето при принятии ответственных решений. Нам следует изучить этот опыт и сделать выводы.

Момент для продажи исключительно плохой. Это связано с санкциями и экономической ситуацией в целом. Покупать мало кто хочет — пул интересантов ограничен. Если мы говорим о привлечении кредитных средств, то иностранцам более выгодно инвестировать в РЖД, чем нашим. В США и Европе ставки по кредитам стремятся к нулю, это фактически бесплатные деньги. Наши интересанты, с учетом действующих у нас ставок на кредиты, скорее решат положить деньги в Сбербанк, чем станут вкладываться в сложный инфраструктурный объект, требующий привлечения кредитов. А иностранцы имеют деньги почти что с нулевой кредитной ставкой, но при этом очень плохая политическая обстановка — санкции, антисанкции… Это очень сильно бьёт по бизнесу.

Оценка активов низкая, денег выручить можно немного. Продавать нужно было пару лет назад, сейчас всё стало намного хуже. Я бы воздержался от продажи. Если срочно кэш не нужен, то надо сидеть и ждать, пока всё восстановится. Потери, возникшие из-за падения цен на нефть, приватизацией не компенсировать. В России нет опыта по приватизации сложных комплексных объектов, где есть инфраструктурная составляющая и «ходовая» в виде локомотивов и прочего. Прежде чем браться за продажу, я бы советовал изучить опыт сильных экономик, которые этот путь прошли, и у них всё получилось весьма эффективно. Например, отделение «рельс» от «локомотивов» вряд ли целесообразно. Это реально усложнит сделку, и многие просто откажутся от неё. Локомотивы и так можно взять в аренду, оперировать ими, без всякой приватизации. Смысл теряется: здесь интересно именно зайти в рельсы. Рельсы — тема долгосрочная. При этом отсечение одного от другого — это как в нефтяной компании отделить нефть от месторождений. Одно без другого жить не может и смысла не имеет.

Если провести приватизацию грамотно, с учетом опыта мировых экономик, то тогда РЖД из груза, висящего на бюджете, превратится в реально перформящий актив. Процесс болезненный, потому что придется отсекать много неэффективностей — закрыть предприятия, уволить людей. Если сейчас это невозможно сделать по социальным мотивам, то компании-инвесторы после приватизации захотят получить некоторую свободу, чтобы предпринять подобные шаги и вернуть эффективность и конкуренцию в этот бизнес. Для конечного потребителя это позитивно, потому что означает улучшение сервиса.

Покупателя на акции РЖД станут искать, скорее всего, крупные инвестиционные банки — Goldman Sachs, Deutsche Bank, JP Morgan и другие. Обычно они выступают в роли агентов по продажам подобных объектов. Они пройдут по всем потенциальным инвесторам: это пенсионные фонды китайские, арабские, какие-то богатые индивидуалы из Латинской Америки, суверенные инвестиционные фонды Сингапура, Брунея и так далее. Из наших интересантов — возможно, Сбербанк или ВТБ Капитал. Хотя ВТБ входит в список компаний, которые, возможно, будут приватизированы, противоречия нет. Всё зависит от целесообразности мероприятия — от возможности на этом заработать. Если бы я был какой-нибудь богатый парень, сидел бы в Лондоне и мне вдруг предложили: «Не хочешь ли купить кусок РЖД?», то какая моя мотивация? Что-то на этом заработать. Если ВТБ видит возможность управлять пакетом РЖД как-то профитно для своих акционеров — почему нет?

Учитывая комплексность и сложность задачи, приватизация РЖД может занять два–три года минимум. Механизм приватизации РЖД следует понять, прежде всего, нашим вождям, затем надо объяснить народу — для чего всё это нужно делать. Должно быть понятно всем, что деньги в казну нужны, но за приватизацией стоит не одно лишь желание заработать. Необходимо создать конкуренцию в экономике, вернуть рынок в эти монополии.



Виталий Ефимов Первый зампред комитета ГД по транспорту (ЕР), президент Союза транспортников России, экс-министр транспорта РФ

11 февраля 10:36

Мы второй раз наступим на одни и те же грабли

Власти задумались о возможной приватизации одной из главных отечественных госкомпаний ОАО РЖД. Первый заместитель председателя комитета Госдумы по транспорту, председатель комитета ТПП РФ по транспорту Виталий Ефимов уверен, что этого делать не нужно.

Давайте начнём с истории. Был такой знаменитый премьер-министр Столыпин. В те времена дороги были приватными. И господин Столыпин однажды обратился к императору с докладной запиской, суть которой сводилась к следующему: если мы сейчас не включим дороги в государственную собственность, то они разорят губернии. Царь с ним согласился, и дороги были выведены в государственную собственность. Прибегнув к приватизации, мы второй раз наступим на одни и те же грабли. Приватизация дорог в нашей российской истории уже была тормозом развития экономики, и нам не нужно этот опыт повторять.

Приватизация РЖД — это продажа собственно путей сообщения, потому что подвижного состава у РЖД давно уже нет. Наземная система железнодорожных путей сообщения — это целая держава, 70 с лишним тысяч километров оснащенных путей, управляемых, со станциями, полустанками, разъездами, переездами, с ремонтными мастерскими, с системой досортировки вагонов, с огромным количеством персонала.

Вагоны все частные. Две с половиной тысячи владельцев у вагонов. И как только они стали частными – сразу же порожний пробег вагона увеличился вдвое, соответственно, вдвое увеличились тарифы. Тягловая сила увеличилась в десять раз — в десять раз больше работают маневровые, электрички, тепловозы и всё прочее. Кроме того, 250 000 вагонов стоят без дела — а их простой включен в тарифы.

Грузоперевозки на РЖД уже сейчас стали очень дорогими, грузы ушли на автомобильный транспорт, оказавшийся дешевле. Если приватизировать РЖД, то будет ещё дороже. Государство перестанет давать компенсации на содержание железных дорог, и опять взлетят цены. Вопрос ведь не в том, что подорожает железная дорога сама по себе — будет инфляция, удорожание промышленной продукции. В конечном итоге за все заплатит покупатель.

Если дороги будут приватными, то владельцы захотят получать хорошие прибыли. Это сейчас государство может направлять дивиденды на развитие железных дорог и снижение тарифов. Например, пригородные электрички сейчас платят 0,1% за использование инфраструктуры. А когда дороги станут частными, кому это будет интересно? То, что сейчас РЖД тратит на закупку вагонов, на строительство и ремонт железных дорог, уйдёт в карман частному владельцу и там и осядет. Он не будет вкладывать свою прибыль в железную дорогу, я так думаю, и мы или будем ездить по плохим дорогам, или опять придется раскошеливаться государству.

Сама по себе РЖД не убыточна. Дотируются только пассажирские перевозки. Прибыли небольшие, но они есть. Другое дело — инвестиции в развитие дорог. Сейчас вкладываются огромные деньги в модернизацию Транссиба и БАМа, берутся они из Фонда БУДУЩИХ ПОКОЛЕНИЙ, и это сумма внушительная — 500 миллиардов. Как это будет учитываться, если пройдёт приватизация?

Вопрос о продаже РЖД будет решаться правительством. Но я считаю, что этого делать никаким образом нельзя. Особенно сейчас, когда идет спад перевозок, снижение прибылей и снижение стоимости компании. Продавать сегодня невыгодно. Делать это надо тогда, когда РЖД будет стоить дорого. И в данной ситуации назревает вопрос — а кому собираются продать это всё за копейки?



Илья Долматов Директор Института проблем ценообразования и регулирования естественных монополий ВШЭ

11 февраля 10:45

Не надо увязывать приватизацию с ростом тарифов на проезд

Возможная приватизация железных дорог не предвещает повышения тарифов на проезд в пригородных электричках, считает директор Института проблем ценообразования и регулирования естественных монополий Илья Долматов.

Увязывать напрямую рост тарифов на проезд в электричках и приватизацию я бы не стал. Рост тарифов зависит от многих факторов, а приватизация сама по себе не означает запрет на выделение субсидий — эти вещи не связаны. Например, пригородные электрички сейчас платят 0,1% за использование инфраструктуры, и государство компенсирует РЖД эту разницу. Механизм, когда государство, регулируя тарифы, устанавливает их ниже экономически обоснованного уровня, и затем субсидирует разницу из бюджета, отработан и действует во многих отраслях. Он применяется, в том числе, и для частных компаний, и в случае приватизации РЖД вполне применим и здесь.

В результате приватизации дополнительные средства могут быть привлечены со стороны частных инвесторов. Помимо привнесения финансирования, бизнесмены станут добиваться повышения эффективности работы РЖД. И это, на мой взгляд, шаг вперёд.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments